349. Пусть плещут волны житейские вокруг тебя, как на бушующем море,
а ты старайся быть спокойным, как глубины морские.
350. Подобно дубу и человек должен душой, корнями своей души, глубоко
врасти в Бога, и это единственное может спасти от всех волнений и
колебаний.
351. Все, что делает эту жизнь приятнее, светлее и слаще, это же делает
боле острым жалом смерти.
352. Самый большой пессимизм появился не в бедной Палестине или
Греции, а в Индии, стране наибольшей природной роскоши.
353. Никто не сможет заглянуть в могилу и сохранить улыбку жизни.
Никто, кроме Христа.
354. Христос убит как обманщик и «безбожник». Его учение осуждалось в
Иерусалиме либо как фантазерское, либо как излишнее, поскольку оно
уже имелось в старой мудрости и в старых законах, либо даже как
вредное.
355. «Будьте богами» – это наивысшая программа.
356. Смиренный человек меньше всего оказывает сопротивление, поэтому
и меньше всего подвергается нападениям.
357. Природа не любит волнения среди людей и карает их голодом и мором.
358. В голове испорченного человека знания становятся отравой, а в голове
хорошего лекарством.
359. Кто противится закону Божию, тот вскоре начнет противиться законам
природным и общественным.

Есть желание предаться во всем на волю Божию, не самому, по своему смышлению, располагать свою жизнь. Верую, что Господь пошлет мне именно то, что нужно и полезно мне… (преп. Никон).

Надо молиться, да укажет Господь путь… Будем мо­литься Господу, да спасет нас и да поможет нам в бедах и нуждах. Иного пристанища и надежды не вижу. Челове­ческие расчеты и суетны, и ошибочны. Когда приходится терпеть и трудное что-либо, но знаешь, что нет тут своей воли, получается нравственное облегчение и мир души. Да будет воля Божия! Да не посрамит Господь веры нашей и преданности воле Его. Единая надежда на Бога. Вот твер­дое основание. Остальное все непрочно, и особенно в на­шем положении. Совершенно не знаешь, где лучше, где хуже и что ожидает. Да будет воля Божия!.. Мне прихо­дила мысль, что мы, иноки, отрекшиеся мира, ныне, хотя и невольно, проводим мироотречную жизнь. Так судил Гос­подь. Наше дело — хранить себя в вере и блюсти себя от всякого греха, а все остальное вручить Богу (преп. Никон).

Гордость человеческая говорит: мы сделаем, мы достигнем, и начинаем строить башню Вавилонскую, требуем от Бога отчета в Его действиях, желаем быть распорядителями вселенной, мечтаем о заоблачных престолах, — но никто и ничто не повинуется ей, и бессилие человека доказывается со всею очевидностью горьким опытом. Наблюдая опыт сей из истории и древних, давно минувших дней, и современ­ных, прихожу к заключению, что непостижимы для нас пути Промысла Божия, не можем их понять, а потому необ­ходимо со всем смирением предаваться воле Божией (преп. Никон).

Воля Божия

Прежде чем что-либо сделать, помолись и подумай, бу­дет ли это разумно и Богу угодно (преп. Никон).

Искреннее желание служить Господу Богу и вручение всецело и себя, и всего, и всех в волю Божию, всеблагую, совершенную, приносят сердцу мир Божий, даже при пе­реживании различных скорбей, и внешних, и внутренних, душевных. «Молись Богу об удалении от тебя напасти и вместе отрекайся своей воли, как воли греховной, воли сле­пой. Предавай себя, свою душу и тело, свои обстоятельства, и настоящие, и будущие, предавай близких сердцу, ближних твоих воле Божией, всесвятой и премудрой…» Слава Богу! Слава Богу! За все слава Богу! От этих чудных, святых слов отступают мрачные мысли, тягость. Приходят в душу че­ловека мир, утешение, радость. Да будет воля Твоя, Господи! Слава Богу за все! (преп. Никон).

Молись по-детски, в простоте сердца о всех нуждах и скорбях твоих и вручай себя воле Божией, ибо Господь строит наше спасение (преп. Никон).

Веруя в пекущийся обо мне Промысл Божий, боюсь направлять по своему смышлению свою жизнь, ибо на­блюдал, как своя воля приносит человекам скорби и трудно­сти… Да будет же воля Божия, благая и совершенная! Ей вручаю себя, и всю жизнь, и всех. Принятие воли Божией мир приносит сердцу моему… (преп. Никон).

Нуж­но нам глуб­же вник­нуть в са­мих се­бя, и тща­тель­но прос­ле­дить за сво­и­ми по­мыс­ла­ми, чувства­ми, и пла­кать об име­ю­щих­ся в нас стра­ст­ных, гре­хов­ных чувствах, же­ла­ни­ях, по­мыш­ле­ни­ях, их долж­ны мы неп­ре­мен­но изг­нать, как Бо­гу не­у­год­ные, и, изг­нав, уже от­нюдь не до­пус­кать в свое серд­це, ибо не мо­жем мы в стра­ст­ном сос­то­я­нии петь песнь Гос­под­ню.

преп. Никон

2 сентября по старому стилю / 15 сентября по новому стилю вторник

ПК: Мы совершаем во множестве отступления от Божиего закона, мы совершаем грехи и в мыслях, и в делах своих, и в личной своей жизни, и в жизни общественной. Мы часто живем так, как будто ни Бога, ни Божиего закона нет. Кого-то еще укоряет совесть, а у кого-то совесть сожжена. Может быть, в какие-то отдельные моменты жизни человек еще уязвляется совестью и говорит: «Господи, прости!», но затем снова, помраченный страстями, буйством своей природы, устремляется к деланию греха. И в ответ на это Господь нас наказывает. Боль, страдания – это наказание за наши грехи. И не только за грехи отдельного человека, но и, может быть, за грехи народа. Иначе мы и не понимаем такие явления, как войны, которые уносят жизни многих людей. В раю не могло быть войны. Среди святых не могло быть войны. Невозможно представить себе, чтобы Антоний и Феодосий Печерские, Сергий Радонежский и Серафим Саровский воевали друг с другом, оправдывая свой конфликт какими-то надуманными аргументами. Среди святых – мир.