327. Кто видит лишь этот материальный мир, и никакой иной – не зависимо,
сыт он или голоден, – должен быть пессимистом.
328. Для того чтобы мы стали интеллектуалами, нам служат тысячи учителей,
а для того, чтобы мы стали полноценными людьми, нам служит Сам
Христос.
329. Смерть придет, чтобы уничтожить не бессмертие наше, а смертность.
330. Ни один атом бессмертной сущности и жизни в нас не подлежит
смерти никак и никогда.
331. Энтузиазм означает, что весь человек собран и направлен в одну сторону,
без оглядок.
332. Энтузиазма без человеколюбия нет.
333. Фанатизм проявляется с наибольшей силой в трех случаях: в партийной
политике, в революциях и в войнах.
334. Фанатику всегда чего -то не достает: то ума, то сердца.
335. Брак держится на вере в искренность обеих сторон.
336. Коль хочешь свободы, сначала пытайся освободиться от самого себя.
337. Основное содержание истории человечества заключается в том, как
устроено и разрешено отношение людей к Богу.

Воля

Вы должны знать, что подвиг сей небеструдный, ибо Господь сказал: «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя» (Мф.16, 24). Отвержение себя состо­ит, главное, в отвержении своей воли и разума и покорении оных пастырю и руководителю вашему ко спасению, чрез что может человек достигнуть смирения и освободиться стра­стей и греховных действий, и так помощью Божиею полу­чить спасение (преп. Макарий).

Вот так-то будет лучше — повиноваться и отвергать свою волю. Будешь так поступать, и впредь во всем тебе будет тебе хорошо и радостно (преп. Исаакий).

Воля

Ты показываешь желание отвергать свою волю и разум; это первый шаг к благоугождению Божию, но надобно пока­зать это на опыте, по вступлении твоем в обитель проходящих сей путь, а до того времени имеешь и теперь к сему случай. Первое: против воли твоей удерживание тебя в мире – вот отвержение. Второе: всякий помысл, слово и деяние, противное заповедям Божиим, отвергать, вот и это отвержение, а всего более стань с отвержением помыслам высокоумным, представляющим тебе твои исправления, а ближних уничи­жающим (преп. Макарий).

Покорность же родителям отсечением своей воли нужна и полезна, ибо ты должна себя к этому приуготовить и приучить заблаговременно; там, т.е. в монастыре, первый долг — отвержение себя, своей воли и разума, к чему слова Спасителя нашего нас призывают: «если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой» (Мф.16, 24). Отвержение-то своей воли и разума соделывает крест или скорбь, служащие нам на спасение (преп. Макарий).

Не доверять себе и не следовать своему разуму и воле есть путь ко смирению; без него же, хотя бы и доброе что было нами сделано, — Богу неприятно (преп. Макарий).

Воинство

Написали вы.., что ваш N., увидев, что вы читаете книгу преосвященного Феофана, с раздражением, указывая на книгу, сказал: «пусть он мне докажет, что Церковь права, разрешая убийство на войне, когда Иисус Христос сказал: «не убий». Но, во-первых, снаряжением войска и отправкою на место военных действий, чтобы убивать врагов, занимает­ся вовсе не Церковь, а государственная власть, которая в подобных случаях может и не послушаться Церкви, в осо­бенности, если эта власть находится в руках иноверного правительства, как, например, в Турции. Там, отправляя на войну солдат, султан не только не спрашивается с хри­стианскою Церковью, но и не обращает на нее никакого внимания. Следовательно, Церковь вовсе тут ни при чем. У нас, впрочем, Церковь и в военных действиях принимает участие, но какое? Тогда как государственная власть от­правляет воинов карать врагов дерзких и непокорных, Свя­тая Церковь, наоборот, внушает воинам не щадить своей собственной жизни, свою собственную кровь проливать за святую Православную веру, державу, царя и дорогое отече­ство. Так она и молится в святых храмах за убиенных воинов: об упокоении душ всех православных воинов, за веру, царя и отечество на брани живот свой положивших. N. ваш все-таки может возразить: «по крайней мере, Цер­ковь не запрещает убивать на войне врагов». Но если ей запрещать это, тогда она должна столкнуться с государ­ственною властью, и в таком случае одни из воинов перей­дут на сторону Церкви, а другие останутся на стороне правительства, и произойдет взаимная резня, а враги, узнав об этом, свободно заполонят наше отечество. Ужели это лучше будет? И если бы, прибавим к сему, в руки свободно пленивших наше отечество врагов, например, китайцев, пер­вым попался бы ваш N., и они стали бы его живого распиливать, как бы он тогда стал философствовать о войне. Интересно было бы послушать. Во-вторых, на вышеприведенные слова вашего N.. при­писывающего Господу Иисусу Христу слово «не убий», от­ветим, что Господь вовсе этой заповеди не давал, а только привел эту заповедь из Ветхого Завета: вы слышали, что сказано древним (т. е. в Ветхом Завете): не убий. Под­линная же заповедь Господа следующая: «А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, под­лежит суду» (Мф.5, 22). Вот видите, что Господь запре­щает не убийство, запрещенное еще в Ветхом Завете, а, как Совершитель закона, старается искоренить из сердца чело­веческого самую страсть гнева, от чего люди доходят иног­да и до убийства. Из сего, в-третьих, можно видеть, что Господь, препода­вая людям заповедь не гневаться, вел здесь речь вовсе не о войне, так как Он и пришел на землю не для того, чтобы основать видимое государство, и не писать государственные законы, а для того, чтобы спасти людей, и потому был Учи­телем нравственности и преподавал людям нравственные уроки, которые относились, как и теперь относятся, к каж­дому лицу в частности. По-нашему, попросту, можно выра­зиться так: при исполнении заповедей Евангельских каждый смотри сам за собой, тогда и дело будет хорошо. Поэтому и Господь предостерегал людей, даже с угрозою, говоря: «не судите, да не судимы будете» (Мф. 7, 1), направляя по­следователей Своих к тому, чтобы более внимали себе и своему спасению (преп. Амвросий).

31 августа по старому стилю / 13 сентября по новому стилю воскресенье

ПК: Богу было угодно, чтобы человеческая способность разделять свою жизнь с другими легла в основу человеческого бытия, в основу самого главного закона, по которому только и должна устраиваться личная, семейная и общественная жизнь. Каждый из нас на опыте знает, что это такое. Когда семья крепка? Тогда, когда муж отдает себя жене и семье, а жена отдает себя мужу и детям. Попробуйте перестать отдавать себя другому – семья сразу ощущает страшное холодное дуновение ветра. Исчезает доверие, появляется подозрительность… Мы знаем, как разваливаются семьи только потому, что супруги перестали отдавать себя друг другу, заботиться друг о друге, жизнь другого воспринимать как свою собственную жизнь. А разве не в этом кроется проблема отцов и детей, проблема поколений? Ведь она вырастает из недосказанности, из того, что не выражена была до конца родительская любовь, из того, что родители не получили любви своих детей. И разрывается преемственность, разрывается историческая связь поколений.